герань на окне

Анна Чайковская, гид по Будапешту



Добрый день!
Меня зовут Анна Чайковская. Я живу в Будапеште, очень люблю этот город и вожу по нему экскурсии.



0_10c9fe_f1583877_XL

Мой сайт с информацией о Будапеште и экскурсиях


Collapse )

#поБудапештумаленькойкомпанией
#будапешт,  #экскурсии,  #гидвбудапеште,  #гидпобудапешту,

UPLOAD YOUR PHOTOS
герань на окне

Синагога и окрестности

я_20210607_132947_vHDR_On

Окрестности – не пространственные, а временные. Мы прошли по зданиям, построенным в середине XIX века, то есть вклинившихся в зазор между классицизмом – к тому-то времени окончательно осточертевшим – и тем стилем второй половины столетия, ни одно из названий которого (историзм, эклектика, бозар) мне категорически не нравится, в отличие от зданий, к нему относящихся.

Венгрия – страна хронологических совпадений, как известно. Начиная с удобной для запоминания школьниками даты коронации первого короля и далее, здесь показательные совпадения мест и дат компенсируют собой ту скрытность, которую стране обеспечивает язык.


я_20210607_132956_vHDR_On

Большая будапештская синагога – тоже из области совпадений, результат пересечения двух линий, совершенно друг другу посторонних. Линии развития архитектурных стилей и линии истории венгерского еврейства.
Collapse )
герань на окне

270. Стимпанк будапештский

я_20210607_131617_vHDR_On

В книге, которая уже вот-вот почти, этому дому посвящён отдельный раздел. Но – его внешнему виду, красноречивому, как Кассандра. Внутри он не менее убедителен.


я_20210607_131649_vHDR_On

Двор у него пятиугольный, проходной, с главной лестницей по длинной стороне.


Collapse )
герань на окне

Дунай

P_20210610_195549_vHDR_On

На Цепной мост уже не пускают пешеходов. Ремонт.


ReaktkpTURBXy9jODA5MTdjMGNmNDAwZTFhY2QzM2EyMWQyZDRiMzIzMS5qcGeSlQMAQM0IAM0EgJMFzQLZzQGWфото

В ту субботу экскурсия по пештскому классицизму у меня должна была начаться перед зданиями на набережной. А тут раз – полиция стоит, дороги перекрыты, трамваи не ходят. Что такое? – спрашиваю. Бомбу, отвечают, у моста нашли, с войны.


P_20210610_201411_vHDR_On

Вечер четверга.

Да, в списке стран, с которыми Венгрии договорилась о взаимном признании сертификатов о прививке, со вчерашнего дня появилась Украина.
герань на окне

«Так получилось»

я_20210601_113801_vHDR_On

Не знаю, описано ли (мне не попадалось), не знаю даже, осознано ли (не слышала пока), но то, как стоит здание Венгерского Национального музея – это большая и непоправимая ошибка. У него есть ось симметрии, внятная, ясная, категоричная. И нет возможности подойти к зданию, руководствуясь ею. Здание музея (арх. Михай Поллак, 1840-е) стоит слегка боком ко всему: к линии бульвара, к трамвайным путям, к соседней застройке. Причина-то понятна: линия бульвара – это линия незадолго перед тем снесённой средневековой городской стены. И если б за дело брался Андреян Захаров, он вычертил бы ту ось, перпендикулярную фасаду, проложил бы улицу, ведущую к ступеням музея (хотя бы так, как проложена улица, ведущая к дверям Базилики).


őrház1 másolat

Но увы. И на всех изображениях здание выглядит так, как будто мы не смотрим на него, а подглядываем из-за угла.
Collapse )
герань на окне

Именно так, да

0gy650wtd8371 https://i.redd.it/0gy650wtd8371.png

Хорошо бы, конечно, посмотреть и узнать, как исследование проводилось, какие вопросы задавались, но: «Будапешт – единственный регион, жители которого считают себя связанными не столько с самим местом или страной проживания, сколько с Европой».
И это чувствуется.
В масштабе видения истории: «Мы пришли из Азии в Европу».
В скульптурах атлантов, поддерживающих балконы: это степняки с длинными мадьярскими усами и оселедцами, влезающие в античную шкуру.
В латыни, на которой здешние люди говорили ещё тогда, когда в остальном мире её помнили только врачи и аптекари.
В обвиняющем транспаранте над колонной демонстрантов: «Премьер-министр – не европеец!» (не по происхождению, конечно; по поведению: идеалам, мол, не соответствует).
В риторических ухищрениях самого премьер-министра, при очередной ссоре с Евросоюзом формулирующим призыв «Остановим Брюссель!»
«Европа» – слишком святое имя, чтобы трепать его в ссорах.
герань на окне

...люблю твой строгий стройный вид, Дуная вольное теченье...

я_20210601_110309_vHDR_On

В воскресенье пойдём рассматривать Пешт эпохи классицизма.
Строго говоря, к классицизму как таковому ничто не картинке не имеет отношения. Слева – начало XX века, справа – середина XVIII века, посередине – эпоха романтизма, а скульптура и вовсе 1933 года.
А вместе... Вместе что-то такое петербургское, пушкинское получается. Во всяком случае, если б Пушкин всё ж таки вырвался в Европу, если б, пусть по дороге в Вену, заехал бы в Пешт – именно здесь удаётся этот сюжет вообразить.
герань на окне

В фейсбуке увидела фотографию города, где я родилась

192670446_4330604900312728_1509790967377102927_n

Снимок сделан вчера. Лето на Севере, белые ночи, дубак.
Справа – постамент памятнику Ленину.

Много лет назад я вела детскую изостудию в северодвинской школе №21. Рисовали гуашью всяческие сказки, про драконов, про принцесс. Девочку с редким именем Даля помню. Недавно нашли друг друга на фейсбуке.
герань на окне

Песнь о карнизе

я_20210518_142912_vHDR_On

Точнее, их два, а если считать самый верхний, то и три. Но нижний, первый,  – это как раз та деталь, что задаёт тон. Не будь карниза, мы бы, может, и не заметили бы, что фасад не скучно-плоский, а отчасти криволинейный. Центральная его часть выпирает вперёд – но мягко, деликатно. Не так, как итальянские церкви XVIII века, чьи фасады изгибаются во все стороны, напоминая, что тарантелла – это танец укушенного тарантулом. Университетская церковь Пешта рядом ними – воплощение добропорядочного благородства.


я_20210227_122156

Я насчитала в нём двенадцать ступенек. Это если считать по вертикали, сверху вниз. Но карниз этот и в горизонтальной плоскости устроен ступеньками. (Эх, нет в русском языке глагола «ступенничать», может, в венгерском есть? Оказалось, есть. Андраш Шопрони, переводчик Достоевского и Гроссмана, подсказал: lépcsőződik; слово редкое, но есть).
На самом углу он прочерчен четвертушкой круга, затем ступенька отступает вперёд, в сторону от стены фасада. Приближаясь к линии окон, карниз этот тремя (тремя!) уступами возвращается к стене – но только для того, чтобы тут же повторить этот пируэт ещё раз, в обратном порядке: снова отбежать от стены и снова к ней вернуться. И, как будто этого мало, в центрально части фасада он проделывает это всё, ещё и изгибаясь дугой, – то в одну, то в другую сторону.
В архитектуре XVIII века карнизы, живущие богатой внутренней жизнью – дело нередкое. Но рядом с Университетской церковью Андраша Майерхоффера поставить хочется разве что Смольный собор Растрелли.
Collapse )