anna_bpguide (anna_bpguide) wrote,
anna_bpguide
anna_bpguide

Categories:

Граф, мансарда и конфуз

фz_20210730_101205_vHDR_On

Первое и главное ощущение от этого здания – как же его жалко! По всему видно, что дворец, но за пыльными окнами пустота, камень почернел и пошёл пятнами, как заплесневевший ковёр в пустой квартире, своды крыльца пошли трещинами, из крыши растёт куст, у скульптуры античной богини отбита рука. Он выгорел весь в войну, в 1944-м. Потом кое-как залатали, использовали как склад.

А строил его Миклош Ибл, самый главный и самый уважаемый архитектор Будапешта его лучших времён, строил для семьи графов Каройи, владельцев герба с одиннадцатиконечной короной, магнатов, отсчитывающих историю рода с начала XIII века, наследников старейшего дворянского рода Венгерского королевства.


фzя_20210730_101056_vHDR_On

У дворца крыльцо с тремя арками (и две по бокам), подобное тому, которое Ибл вскоре сделает в Опере, скульптуры дев над архивольтами, кариатиды, позади сад (уже не существующий), на углах здания – мансарды… На мансардах и спотыкаешься.



ф10805135_10203475118021096_1337840093_n

Это парижская штука, не будапештская. И – не аристократическая, а вполне буржуазная.
Граф Лайош Каройи заказал Миклошу Иблу дворец за зданием Национального музея в 1863 году. От всех прочих частных дворцов, построенных этим архитектором – а их только тут же, у музея, два, дворец графов Фештетичей (1860-е) и дворец графов Дегенфельдов (1870-е), этот самым решительным образом отличается как раз наличием мансард.

Мансарды – потому и мансарды, что связаны с именем Франсуа Мансара, в 17 веке их активно применявшего в своих произведениях.


фcmn_phbw12_0274

Самое знаменитое и сохранившееся без перестроек его здание – это Мезон Лаффит под Парижем. Строилось для важного человека  по имени Рене де Лонгёй, председателя Парижского Верховного суда при Людовике XIII. Об архитекторе Мансаре говорят как о мастере дорогом и своенравном, настоящем «вдохновенном художнике» в духе ещё не наступившего романтизма, чьи проекты доступны были по цене очень и очень немногим даже среди французской аристократии. Хозяин Мезон Лафитта рассчитывал возглавить министерство финансов, потому, видимо, и мог себе позволить такое. В любом случае здание достаточно знаменитое. Знал ли его Миклош Ибл? В 1840 и в 1945 годах он получал útlevel, загранпаспорт, для совершения путешествия по Швейцарии, Италии, Франции… Больше всего его привлекала Италия, конечно, – оно и по работам видно. Но должен был, при его-то образованности, знать и об этом здании, должен.


фz_20210714_093718_vHDR_On

Ладно, строится в Пеште, рядом с Национальным музеем, в складывающемся «магнатском квартале» дворец для семьи графов Каройи, с мансардами. Это 1860-е годы.
А в Париже в те же самые 1860-е года, точнее, ещё с 1850-х, происходит то, что потом будет названо «османизацией». Префект департамента Сена барон Жорж Эжен Осман по поручению императора Наполеона III перестраивает Париж, вычерчивая линии новых бульваров и авеню. Новые улицы застраиваются домами с мансардами – теми самыми, которые потом явлены миру в картинах Карботта и Писарро как примета «того самого» Парижа.


10818925_10203475090940419_624474052_n
Vivimus quasi altera die morituri et aedificamus quasi semper victuri «Мы живём так, как будто завтра умираем, но строим так, как будто живём вечно» – из св. Иеронима.


Но в Париже на бульварах мансарды – помещения для прислуги. Туда не ведёт парадная лестница, а только чёрная. Там нет своего туалета, в квартирах бельэтажа уже обязательного. Мансарда – это про экономность, прижимистость, а говоря без романтизма, про бедность. Тем более, что до поэтизации этих мансард ещё жить да жить – «Фиалку Монмартра» венгр Имре Кальман напишет лишь в 1930-м, когда и Каройи, и Ибл, и Осман с Наполеоном станут давней историей.
То есть, когда Ибл строил дворец, мансарды по углам напоминали о Людовике, богатстве, феодальных замках.
Когда мы смотрим на них, они, с высокими окнами-люнетами, в ностальгической запущенности, почернелые, воспринимаются как нечто романтическое, манмартское, про художников и про любовь.
А в 70-80-е года 19 века, на которые пришёлся самый пик деятельности Миклоша Ибла (Опера, Базилика, Варкерт), они могли напомнить разве что о тесных, крохотных, а главное, совершенно не отвечающих задачам демонстрации богатства и статуса, убогих комнатках бедных парижских служанок.
Какой конфуз!


фz_20210730_101436_vHDR_On

И не строил больше Миклош Ибл дворцов с мансардами. Да графы и не заказывали.


#ТомуЛиЯТебяУчил?
Tags: #ТомуЛиЯТебяУчил, Австро-Венгрия, Экскурсии
Subscribe

Featured Posts from This Journal

  • Шутник он, однако!

    Кажется, я поняла, за что ещё мы тут все любим Миклоша Ибла. За то, что построил очаровательную Оперу, которая прекрасней венской и благородней…

  • 278. Рождение доходного дома из дворца магната

    « Рождение трагедии из духа музыки» – так назвал Фридрих Ницше свой труд, когда вознамерился доказать, что греческая…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments