Пусть эпиграфом будет дурацкая цитата из Википедии: «<дворец> был достроен в 1806 году. Ему присвоили имя графа Винцента Шандора, философа и представителя австро-венгерского дворянства. Его сын Мориц Шандор стал известным артистом цирка, выступавшим в Будапеште и Вене » . Ага, цирк… Это они так про «чёртова всадника», последнего из графов Шандоров. Ну, да бог с ней, с Википедией, тем более, что тут про тот дворец, что Буде, где перед ним в полдень исполняет милитаристический балет лучшая (кто сказал «бОльшая»?) часть венгерской армии. А мы, три гида, едем в имение графов Шардоров-Меттернихов в Байну, что в пятидесяти километрах от Будапешта. Попили кофе, прошли с экскурсией по залам дворца. Попили кофе, пошли смотреть и обсуждать самостоятельно. Были пойманы смотрителем залов, решительно взявшимся рассказывать нам всё то, что дама-экскурсовод рассказать не успела. Прошли с ним по всему дворцу ещё раз. Были усажены на экспонируемые сёдла – обычное и дамское. Проинформированы насчёт особенностей роста рогов у оленей с психологическими травмами. Просвещены насчёт графского герба. Возвращены в исходный зал – вдруг мы там что пропустили… Так что главный герой экспозиции, граф Мориц Шандор, – нам теперь что брат родной! На всех картинах, литографиях и акварелях Мориц Шандор изображён на лошади (и ещё иногда – с цитрой). Он скачет на коне по льду замёрзшего Дуная, переправляется через тот же Дунай на лодке – но при этом опять же верхом, перепрыгивает через тройку крестьянских лошадей, в повозке, запряжённой четвернёй, сыпется по лестнице будайского замка, и так далее. Все подвиги, на мой вкус, описываются термином «хулиганство», то есть « грубое нарушение общественного порядка, открытое выражение неуважения к устоявшимся нормам общества ». Но слова такого в те годы не знали даже в Англии. Лошади заменяли Морицу Шандору и вино, и карты, и прочие развлечения. И во дворец граф тоже предпочитал въезжать верхом – о чём свидетельствуют сбитые ступени лестницы. Две красивые венгерские фразы остались потомкам на память о графе Шандоре. И обе о том же: „Akinek tanulni kell a lovaglást, az soha nem fogja megtanulni.” – « Кому нужно учиться ездить верхом, тот никогда этому не научится». И „Látod, lovaglásra születtem, mit kellene még tanítani nekem?” «Видишь, я рождён ездить верхом, чему ещё нужно учить меня?» Но lovaglás , ездить верхом, верховая езда – существительное, и я не знаю, как сказать так, чтобы в переводе получилось одно короткое ёмкое слово. Современники, впрочем, настроены были скептически: «Графа Шандора вряд ли можно назвать элегантным наездником, и ни в коем случае он не является образцовым наездником. Отсутствие у него предварительной подготовки в школе верховой езды компенсируется в его выступлениях отчаянной смелостью, кульминацией которой является тот факт, что он не заботится ни о своей шкуре, ни о шкуре своей лошади. Его не интересует искусство верховой езды. Он взволнован импровизированным подвигом, приключением, необыкновенным опытом …» Женился наш герой на дочери государственного канцлера Австрийской империи Клеменса фон Меттерниха, когда тот на вершине славы и могущества и являлся (опять цитирую Википедию), опорой европейского застоя . Обладай граф Мориц Шандор хоть толикой политических амбиций, он мог бы использовать родственные связи на пользу Венгрии или хотя бы ею дворянства. Но – лошади, лошади. Было бы странно, если бы Кальман не написал на этот сюжет оперетту. Написал: (128) Kálmán Imre : Ördöglovas - Palotás - YouTube Называется «Ördöglovas», «Чёртов всадник».