anna_bpguide (anna_bpguide) wrote,
anna_bpguide
anna_bpguide

Categories:

Архитектурный фасад Российской Империи

Часть 2. Здания в городе: задачи и решения

Работы по проектированию Казанского собора начались в 1800 году, Адмиралтейства и Биржи – в 1805. И во всех случаях перед архитекторами вставала задача не только возвести важное для города сооружение, но и создать архитектурный ансамбль, в котором собственно здание – пусть главный, но все же только компонент организуемого им городского пространства.



Начнем с Адмиралтейства. Место для здания было определенно еще постройкой «мастеровых изб» в петровские времена – возле Зимнего дворца, на берегу Невы. С тех пор в городе изменилось многое: «в гранит оделася Нева», сложился облик центра, определились основные магистрали, трехлучием расходящиеся от ворот Адмиралтейства.

Захарову предстояло придать судостроительной верфи облик, достойный имперской столицы, уже украшенной произведениями Растрелли, Кваренги, Валлен-Деламота.

Решение, найденное архитектором, изящно и рационально: здание состоит из двух корпусов «в виде литеры П», торцами выходящих к Неве (внутренний– производственный, внешний – репрезентативный), между ними– канал; шпиль, завершающий главную башню, закрепляет перспективные оси трех центральных улиц.

*



Сложности, с которыми пришлось встретиться Воронихину при создании Казанского собора, иному могли бы показаться непреодолимыми. Если следовать наметившемуся в разговоре о нем жанру легенды, то события, предшествовавшие строительству, следует излагать так.

В конце XVIII века Павел Петрович, в то время еще цесаревич, отправился в путешествие по Европе. Великий князь и его супруга совершали вояж инкогнито, представляясь при дворах как граф и графиня Северные, и с удовольствием осматривали европейские достопримечательности. В Риме особое внимание Павла привлек собор святого Петра, что неудивительно: главный храм католичества, в создании которого участвовали Браманте, Рафаэль, Микеланджело, мог поразить чье угодно воображение.

Став императором, Павел пожелал воспроизвести основные черты римского собора, в том числе и колоссальную колоннаду Бернини, в главном храме Петербурга. Царское слово – закон, но попробуйте вообразить себя на месте архитектора: здание всенепременно должно быть ориентировано с востока на запад, то есть в нашем случае – выходить к проспекту не парадным, а боковым фасадом – это раз; колоннада в Риме обрамляет главный, западный, вход в собор, что при воспроизведении этой схемы заставило бы развернуть ее к узкой и кривой боковой улице, что есть нонсенс и ошибка противу правил зодчества – это два.

Воронихин блестяще справился с задачей: он поставил колоннаду перед северным фасадом, тем самым жертвуя культовой функцией здания в пользу его градостроительного назначения.

*



О том, что задача нахождения оптимального места, облика и масштаба для здания Биржи не проще двух предыдущих, можно судить уже по тому, что она оказалась не по силам такому мастеру, как Д. Кваренги: его проект застройки стрелки Васильевского острова совершенно игнорировал те исключительные возможности, которые столь удачно смог увидеть и реализовать Тома де Томон… Впрочем, не совсем Томон.

Сохранившиеся чертежи указывают на то, что автором проекта, закрепляющего за Биржей место по центральной оси Невы, был уже знакомый нам профессор архитектуры А.Д. Захаров. Тома де Томон облек проектную концепцию Захарова в камень, причем ему пришлось построить не только здание, но и территорию для него: путем подсыпки грунта берег был повышен и выдвинут вперед более чем на 100 м. В результате здание Биржи, развернутое главным фасадом навстречу реке, стало организующим компонентом всего гигантского невского пространства – от Зимнего до Петропавловки и от Васильевского острова до Охты.

А далее Томон (и теперь уже в самом деле Томон) нашел для ансамбля великолепное в своей простоте и логической ясности решение, состоящее в последовательном увеличении масштаба: он окружает здание мощной колоннадой, по сторонам от нее располагает широкие пандусы, отмечает крайние точки пространства гранитными шарами и, наконец, устанавливает две фланкирующие весь комплекс ростральные колонны.

Как тут не воскликнуть вслед за К. Батюшковым: «Вот произведение, достойное покойного Томона, сего неутомимого иностранца, который посвятил нам свои дарования и столько способствовал к украшению Северной Пальмиры!»


Часть 3. Река времен: историко-культурные реминисценции в архитектуре трех зданий

«Река времен в своем стремленьи уносит все дела людей», – писал Г. Державин в тот год, когда строительство двух описываемых сооружений было уже закончено, а третье стояло в лесах. Завершал поэт свою мысль указанием на то, что только будучи воспеты в стихах, то есть «чрез звуки лиры и трубы», человеческие свершения остаются в памяти истории.

Следовало бы добавить: и через воплощения в архитектуре. Все три здания помимо своей основной функции несут колоссальную информационную нагрузку и говорят не только о славном времени «дней Александровых прекрасного начала», но и об иных эпохах.




Архитектура Адмиралтейства отсылает зрителя к временам античности: фронтоны, портики, колонны, кариатиды (они же «морские нимфы», поддерживающие земной шар), и прочая, и прочая, что было тогда далеко не оригинально.

Гораздо интереснее вторая линия, присутствующая в образном строе захаровского произведения, а именно, тема петровской эпохи. На уровне внешнего оформления здания она сконцентрирована в сюжете барельефа, где Нептун передает России трезубец как знак господства над морями. На уровне концепции – подчиняет себе весь облик здания, его план, характер и образ.

По сути, здание, возведенное Захаровым – памятник прежнему зданию Адмиралтейства, построенному в 1704 году и усовершенствованному в 1730-х И. Коробовым. Захаров воспроизводит, увеличивая в размерах, прежнюю схему двух корпусов и канала, сохраняет ключевой мотив контраста их горизонтали и вертикали шпиля. В то время, когда мысль о сохранении памятников прошлого была еще абсолютно чужда обществу (давно ли Баженов собирался сносить Кремль?), Захаров создал улучшенную, приведенную в соответствие со вкусами эпохи, но все же – версию старого сооружения.

Замечательная деталь: процитировав в своем произведении коробовскую идею «шпица» с корабликом, архитектор не уничтожил оригинал, а, как в футляр, упаковал его в корпус нового шпиля.

*



Западноевропейский привкус в архитектурном облике Казанского собора был продиктован еще условиями павловского заказа. От зодчего зависело, станет ли его сооружение оригинальной вариацией на тему итальянского собора, или лишь его ухудшенным повторением. Заметим, что и такая оценка воронихинского произведения также высказывалась: «…Воронихин, природою назначенный к сапожному ремеслу, учеником попал в зодчие… копиист в архитектуре…ничего не мог сделать, как только самым скверным почерком переписать нам Микель Анджело…»

Сказано зло и несправедливо. Воронихинский Казанский собор – отнюдь не копия, хотя бы потому, что создавался в рамках иной эстетической системы и для другой пространственной ситуации.

Но все же на фоне российской архитектурной традиции собор стоит несколько особняком. Дело даже не в знаменитой 96-колонной колоннаде: как раз колоннами петербуржца XIX века удивить было трудно. По наблюдению любознательного путешественника маркиза де Кюстина, «меньше людей, чем колонн, можно насчитать на площадях Петербурга».

Вся архитектурная программа Воронихина на удивление неправославна. Отступления отправил легко перечислить по пунктам: один купол вместо обычного пятиглавия, параболическая форма купола вместо отечественной луковицы, построение плана на основе «латинского» удлиненного креста вместо восточно-христианской крестово-купольной схемы, присутствие не одобряемых православием скульптур, наконец, сама колоннада, практически полностью закрывающая тело храма.

Воронихин, как и его покровитель граф Строганов, был масон, носил на левой руке чугунный перстень с черепом. Видимо, необходимо было краткое пребывание на российском престоле гроссмейстера Мальтийского ордена, чтобы в столице возник храм, столь откровенно оппозиционный к эстетике ортодоксального православия.

И как-то само собой случилось, что собор почти сразу стал не столько культовым, сколько мемориальным зданием: 11 сентября 1812 года в нем состоялся молебен по случаю отъезда Кутузова к армии и в нем же стали размещаться трофеи – французские знамена, 40 пудов серебра, отбитого атаманом Плаховым, маршальский жезл Даву. В 1837 году перед собором устанавливаются памятники Кутузову и Барклаю де Толли – акт, окончательно превращающий Казанский собор в мемориал Отечественной войны 1812 года.
*




Прообраз Биржи? Конечно, античный храм. Современники называли создание Томона «храмом Плутоса», но, кажется, без всякой иронии. Век спустя ле Корбюзье будет утверждать, что именно финансовые учреждения должны доминировать в городском пейзаже: «закон биржи – основной закон современного города».

Тома де Томон берет за основу древнегреческий периптер, точнее, псевдопериптер, поскольку его колоннада не несет тяжести перекрытия, а только окружает здание (идея принадлежала французскому архитектору Бернару, получившему за нее в Париже Золотую медаль в 1782 году). Дорические колонны Биржи и масштабом и пропорциями напоминают о храме Посейдона в Пестуме (собственно, Томон так и называл их: «колонны Пестум»).

А рядом – цитата из Древнего Рима: ростры (точнее, «рострумы»), бронзовые носы кораблей на двух маяках-колоннах. С точки зрения древнего римлянина, пейзаж петербургской стрелки с двумя ростральными колоннами содержит следующую информацию: жители этого города одержали победы в двух морских сражениях и сокрушили шестнадцать вражеских кораблей.

Продолжение следует


Tags: Публикации
Subscribe

  • Если «венгерское море» – Балатон,

    то «будапештское море» – Palatinus Остров Маргариты, июль, вторник. Над нами пролетел аист. И ни одного…

  • Жара, говорите?

    Так на то у нас есть Геллерт! «Святой Геллерт», если верить официальному наименованию: Szt. Gellért…

  • Девять

    фото Купол куральни Рудаш прорезан шестиугольными окошками с разноцветными стеклами. Пятью концентрическими окружностями вокруг центрального…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments