October 8th, 2014

герань на окне

Геннадий Петрович



В Севмашвтуз меня пригласил Геннадий Петрович Монастырских, зав. кафедрой общественных дисциплин. Севмашвтуз – это Северодвинский филиал питерской Корабелки. Студентов учили строить и обслуживать атомные подводные лодки, которые собирались тут же, на Севмаше, где работал и мой отец, и, честно говоря, весь город. Читала же я студентам культурологию… Ну да сейчас не об этом.

Втуз был заведением почти на сто процентов мужским – и по составу студентов, и по преподавательскому составу. И только наша кафедра была почти всегда женская. А командовал ею единственный в коллективе мужчина – Геннадий Петрович. Теперь я знаю, что это возможно. Если все, что говорится обычно про женские коллективы – правда, то наша кафедра была исключением… Впрочем, речь не о том.

Речь о Геннадии Петровиче. Он умер год назад. Сейчас наша кафедра подготовила страницу в городской газете – о нем.




Он рождал идеи и смыслы
01.10.2014

Уважение к культуре и истории было естественным для Геннадия Петровича.
Памяти Учителя. 1 октября прошлого года не стало Геннадия Монастырских.

Год назад не стало профессора, доктора социологических наук Геннадия Петровича Монастырских… Рассказать об этом человеке хочется так, чтобы отразить масштаб его личности и его дела. Хотелось бы, чтобы о нем услышало много людей, ведь за 50 лет преподавания через школу Геннадия Петровича прошли тысячи учеников, студентов, слушателей. Никого не оставил равнодушным этот историк, философ, политолог. Эпоха Северодвинска, история Севмашвтуза в одном лице.

Не случайно тема его докторской диссертации была посвящена истории и социологии русского консерватизма. Геннадий Петрович и сам был консерватором в какой-то мере: один город, один вуз, одна кафедра. Редактор и автор пособия «Власть и государство в Российской истории» (издано в начале 2000-х годов в трех частях) в середине 70-х критиковался «за непартийное поведение и политическую незрелость». Но именно он научил своих студентов и коллег критически мыслить, сомневаться и анализировать.

Точные, яркие, острые оценки социальных и политических событий всегда сопровождали лекции профессора Монастырских. Его слушали, с ним спорили. Он рождал идеи и смыслы, которые живут и заставляют нас помнить своего Учителя и соответствовать ему…

Ольга РУССОВА, социолог, Северодвинск


А как же без Гомера?!
…Как-то мы праздновали кафедрой день рождения Геннадия Петровича. Надо было сочинить стих. Он не сохранился у меня, конечно. Но преамбула получилась такая: имя нашего заведующего кафедрой не влезает ни в один стихотворный размер, увы. Кроме гекзаметра. И потому каждая строфа в том поздравительном стихотворении заканчивалась размеренным, как гомеровская песнь, повторением его полного имени, как раз занимавшем полную строчку:
«…Мо-настыр-ских Ген-на-дий Петро-вич».

Это не вполне гекзаметр, конечно. Но дело не в этом. Геннадий Петрович руководил кафедрой гуманитарных дисциплин в техническом вузе. Понятно, что появились такие дисциплины как замена научному-атеизму-и-истории-кпсс. И понятно, что раньше, до перестройки, никакому техническому вузу они нужны не были, а про позже, про сейчас, пусть другие расскажут. Но тогда, в 1990-х, философия, культурология и даже риторика с психологией воспринимались как необходимейшие составляющие инженерного образования. Просто потому, что они не «про специальность», а «про человека». А самый-самый знающий, самый выдающийся инженер – все-таки человек в первую очередь. И задавать себе вопросы о смысле существования, знать, как на эти вопросы отвечали люди, жившие прежде, вообще уметь думать, вопросы задавать и самостоятельно (самостоятельно!) искать ответы – обязанность любого человека, независимо от специальности. А обязанность преподавателя – научить студентов думать.

Так вот, с Геннадием Петровичем ничего из этого мы не обсуждали. А как обсуждать необходимость дышать воздухом?

Приоритеты были расставлены раз и навсегда: знания – сила, свобода мышления – необходимость, уважение к коллегам и студентам – аксиома. И мы не обсуждали, нужен ли механикам и электрикам Гомер, готика и прочие гекзаметры. Конечно! Ведь это мировая культура.

И мне не нужно было обосновывать, зачем я отдаю две лекции и два семинара просмотру «Царя Эдипа» Пазолини, зачем объясняю технарям символику иконописи, протестантскую этику и дух капитализма и почему советскую культуру вместе с ними препарирую, взяв за основу концепцию Паперного. Ему же тоже все это интересно.

А главное – для Геннадия Петровича естественным было бесконечное уважение к науке, и к точной, и к естественной, и к гуманитарной. И к культуре – к архитектуре и поэзии. И к людям: студентам, преподавателям, коллегам, а также к Гомеру, Канту, Пушкину, Аристотелю, Ломоносову, Платону, Ньютону и прочим «быстрым разумом», познающим и преображающим мир. Это и есть самое важное.

Анна ЧАЙКОВСКАЯ, культуролог
Будапешт, Венгрия


Collapse )