April 9th, 2018

герань на окне

Туристы идут!



Турист – существо в хозяйстве полезное. Овцы дают мясо и шерсть, туристы – деньги и рабочие места.

Турист любой стране и любому городу не просто очень полезен; по величине его популяции можно судить об уровне благосостояния местных жителей. Он приносит удачу городу и повышает статус страны, санкционирует его, пропагандирует, пиарит.


Начнем с того, что турист своим присутствием украшает город и улучшает его эмоциональное состояние.
Взгляните на него.


Он в отпуске. Он беззаботен. Он одет так, как одевается человек, желающий других посмотреть и себя показать – то есть легко, изящно и не без известной элегантности. Он идет по улице неторопливым шагом, выбирая между пабом и пиццерией, галереей и музеем, расслабленный и довольный. Он приехал отдыхать, а заботы – умница! – с собой не взял, оставил дома.

Чем больше туристов, тем больше в городе беззаботных и счастливых людей. А когда их вокруг вас так много, то и вам трудновато оставаться мрачными и насупленными. Турист – проверенное средство для поднятия городского настроения.
Как шоколад.





И если б только это! Турист канонизирует городские объекты в качестве важнейших ценностей, принадлежащих стране и городу. Ни статую, ни храм нельзя в приказном порядке назначить «достопримечательностью» – в этот ранг они возводятся только вниманием иноземцев, приезжающих специально, чтобы на них взглянуть.

Единственный авторитетный эксперт по достопримечательностям – многоголовый, тысяченогий, многофотоаппаратный турист. Снимок, где он, улыбающийся и в шортах, запечатлен на фоне любого объекта – первый и самый необходимый шаг для превращения данного объекта в «памятник истории». Щелканье затворов удостоверяет: это хорошо, это интересно, это ценно!

Более того, для городских достопримечательностей турист – заступник и покровитель. Взгляды экскурсантов выстраивают вокруг любого здания защитную стену, прозрачную, но действенную. Попробуйте-ка сейчас снести Пизанскую башню, например, под тем предлогом, что все равно падает – туристы взглядами удержат. Я серьезно: разрушить объект, на который постоянно смотрит приезжий народ, который растиражирован по буклетам, по книжкам из серии «Десять вещей, который нужно увидеть», по магнитикам, значкам и майкам – немыслимо.

Стена туристического любопытства крепче любой охранной грамоты – не подступиться. Вот не успели туристы тропинки протоптать, чтобы посмотреть на Сухареву башню – и где она сейчас?

Турист невольно, но повсеместно оказывает благотворное влияние на городской ритм. Туристу не интересно туда, где все торопятся, и сам он торопиться не склонен тоже. Это не он мчится по городу на мотоцикле со снятым глушителем, и не он скачет через три ступеньки по лестнице эскалатора, расталкивая соседей.
Это – местные.





В отличие от них, суетливых и озабоченных, приезжий идет размеренным шагом. Иногда – чуть ускоряясь, чтобы догнать группу, ушедшую смотреть выдающийся памятник эпохи ранней готики, реставрация XIX века, обратите внимание на витражи.

Но чаще – куда чаще – притормаживая, чтобы прицениться к запыленной акварельке с видом на королевский дворец, покачать головой, узнав, сколько просит за нее бородатый художник, или сфотографировать вон ту конную статую с бронзовым генералом – потом разберемся, кто он такой и за кого воевал.

Присутствие туриста притормаживает городские скорости, хотя бы отчасти приводя ритм мегаполиса в соответствие с ритмом человеческого дыхания, шага, сердцебиения. Группа экскурсантов, задрав головы изучающих фронтон XVIII века на городской ратуше, или компания, оккупировавшая столики уличного кафе – все это якоря, удерживающие скорость города в рамках приличия. И жизнь в них становится выносимой.

Туристы заставляют город воспроизводить ритм, бывший повсеместным до мировых войн, когда автомобили выглядели редкостью, а главным звуком города оставалось размеренное цоканье лошадиных копыт по брусчатке. Потому взаимна любовь туристов и городов, помнящих это время: Петербурга, Парижа, Вены.
Будапешта.


гид по Будапешту Анна Чайковская