March 18th, 2019

герань на окне

С утра в фейсбуке две реплики от петербургских коллег

z

Роман Везенин:
Утренняя находка в доме на набережной реки Фонтанки. Захаживал сюда ещё тогда, когда парадная была без ремонта и эти двери были нараспашку. Можно было заглянуть в часть квартиры, которая непонятно по какой причине пустовала. Видимо пустует и сейчас, потому и запенили эти двери по всему их периметру.
Удивительная страна у нас, а город тем паче.



54268365_2178484352206983_8046401670327828480_n 55576079_2178484312206987_2834006295927848960_n

Татьяна Мэй:
Пока роешься в информационных копях, то и дело что-нибудь такое обнаружишь, что сил нет терпеть до экскурсии. И вроде бесполезная деталь, что с ней делать, не очень понятно, но крутишь, счастливый, в руках, как археолог на раскопе – наконечник от неведомой стрелы.
Пишу про дом в Митавском переулке. Архитектор – Оскар Иосифович Тибо-Бриньоль, из обрусевших французов. И тут что-то заскреблось в одной из извилин. Где-то я эту фамилию слышала или читала, причем безотносительно к архитектуре. О! Так это же один из пропавших на перевале Дятлова альпинистов. Николай Тибо-Бриньоль. Но он вроде говорил, что папа – французский коммунист. А вот, оказывается, и нет. Папа, горный инженер, нормальным для нашего гостеприимного отечества образом был репрессирован в 30-е, о чем мальчишка опять-таки нормальным образом предпочел не распространяться, а выдумал французского коммуниста. Репрессирован и дядя, и еще, видимо, уйма родственников с такой сомнительной фамилией. Дед же двоюродный, петербургский архитектор Оскар Иосифович, благополучно умер еще до революции, успев построить у нас несколько домов.
Вот так бредешь по Питеру, бредешь – да нечаянно выбредаешь на перевал Дятлова.