anna_bpguide (anna_bpguide) wrote,
anna_bpguide
anna_bpguide

Categories:

Венгерские беженцы и мировое сообщество



Историк Александр Стыкалин опубликовал статью о том, как двести тысяч венгров бежали в Австрию после подавления революции 1956 года.

Венгерские беженцы и мировое сообщество
Александр Стыкалин
Полностью здесь http://kurier.hu/node/3092
Фото http://www.nlcafe.hu/foto/20150609/magyar-menekult/


*
Летом 1956 года в условиях некоторой разрядки напряженности в международных отношениях были снесены ранее установленные в условиях холодной войны технические заграждения на венгерско-австрийской границе с венгерской стороны, что впоследствии облегчило для многих людей возможности покинуть страну. Уже летом учащаются случаи бегства венгерских граждан в Австрию. С началом октябрьских событий в Венгрии австрийские власти уже в самые первые дни, получив представление о характере и масштабах происходящего в соседней стране, предвидели скорое возникновение проблемы беженцев. Уже 28 октября правительство на своем чрезвычайном заседании по инициативе министра внутренних дел социалиста О. Хельмера выразило готовность предоставить венграм право убежища независимо от того, какие причины их вынудили покинуть родину. Беженцев предстояло препровождать в специально отведенные для них лагеря, разоружив, разумеется, тех, кто пересек границу с оружием.



23 октября собравшееся на срочное заседание австрийское правительство при отсутствии канцлера Ю. Рааба, находившегося до 25 октября в ФРГ, решило, что Австрия будет строго придерживаться принципа невмешательства в венгерские дела. Вместе с тем 28 октября австрийское правительство обратилось к правительству СССР с призывом принять меры в целях прекращения военных действий (вступление советских войск в венгерскую столицу в ночь на 24 октября, как известно, лишь подлило масла в огонь вооруженного противостояния). Вплоть до начала 4 ноября крупномасштабной операции Советской Армии Австрия была единственной страной, официально обратившейся к СССР с таким требованием.
*
Советские войска вошли в Будапешт рано утром 4 ноября, и уже первая большая волна беженцев достигла Бургенланда в тот же день. Сломав систему контроля, выстроенную с австрийской стороны, за сутки границу пересекло 6 тыс. человек. Власти Австрии не чинили препятствий. Более того, правительство сочло необходимым «восточную границу Австрии обозначить красно-белыми флажками, чтобы показать беженцам путь к свободе, а советским танкам – дать знак, что границу переходить не разрешено».

*




Массовый исход, охвативший страну, достиг своего пика 23 ноября, когда венгерско-австрийскую границу за сутки пересекло 8537 человек, с размещением которых возникли серьезные проблемы. Это было напрямую связано с прозвучавшим по радио сообщением о депортации в Румынию свергнутого премьер-министра Имре Надя, до тех пор находившегося в укрытии в югославском посольстве.

По некоторым сведениям, всего за 5 дней границу пересекло более 45 тыс. человек. 27 ноября австрийское правительство по предложению канцлера Ю. Рааба приняло решение перевести на нужды беженцев 10 млн шиллингов (более 400 тыс. долларов) – заключительную порцию той суммы, которая была выделена Австрии в соответствии с планом Маршалла. Для размещения мигрантов создается 257 лагерей (крупнейший из них – близ села Фрайскирхен), довольно равномерно распределенных по стране, с тем чтобы власти каждой из австрийских земель могли внести свой посильный вклад в решение общегосударственной проблемы. Были задействованы здания школ, пансионатов, туристических и спортивных баз, богаделен и т. д. Образуется специальная государственная структура, занимавшаяся вопросами материального, юридического, духовного обеспечения беженцев, проблемами трудоустройства работоспособной молодежи, а также обучения детей, находившихся в лагерях, в школах с преподаванием на венгерском языке. Но количество беженцев неуклонно росло – на 30 ноября в Австрии, по некоторым данным, было зарегистрировано 52 277 венгерских мигрантов (реально их находилось в стране к этому времени значительно больше), на 10 декабря – 79 170 человек, на 31 декабря – 153 690 человек. Довольно много бежавших в ноябре-декабре было зарегистрировано уже в 1957 году. В начале декабря 1956-го в лагерях, находившихся под эгидой Международного Красного Креста, проживало 57 тыс. беженцев.
*




По оценкам историков, среди 200 тыс. беженцев имелось не менее 3000-4000 лиц, ранее осужденных в Венгрии за совершенные преступления; многие из них вышли на свободу в конце октября в обстановке полного безвластия и хаоса в стране.
*

Отвечая на сделанные соответствующими международными организациями запросы, Австралия, Бразилия, Колумбия выразили готовность принять по 10 тыс. венгерских беженцев, США – в конечном счете 21,5 тыс., Канада – без ограничений.

29 ноября Президиум ВНР объявил амнистию всем, кто бежал из страны до конца ноября, при условии, если они вернутся до 31 марта 1957 г. Согласно частым утверждениям официальной венгерской пропаганды, в соответствии с этой амнистией даже те, кто участвовал после 23 октября в повстанческом движении, не могли быть привлечены к уголовной ответственности (впоследствии эти декларации были вероломно нарушены, амнистия освобождала от ответственности только за незаконное пересечение границы).
*




Мировая общественность, в целом негативно отнесшаяся к советской военной акции в Венгрии, не была склонна принимать на веру многие утверждения советской и венгерской пропаганды, хотя и признавала остроту проблемы, трудности адаптации тысяч людей к новым условиям жизни, неспособность австрийских властей справиться без помощи извне с таким наплывом беженцев. Не только в Австрии, но и в других странах существовали сильное недоверие к правительству Кадара и резонные (впоследствии подтвердившиеся) опасения того, что многие вернувшиеся на родину подвергнутся преследованиям.
*




Объем реально предоставляемой Австрии материальной помощи извне не соответствовал огромным материальным затратам. Перечисление денег запаздывало. Вдобавок к концу декабря в основном заполняются квоты по приему беженцев, в том числе и США. Чем больше становилось беженцев, тем чаще попадались в их среде лица, склонные к антиобщественным поступкам. Задержки с выездом на Запад способствовали деморализации многих венгров, с самого начала рассматривавших Австрию как транзитную страну и рассчитывавших на скорый отъезд в другие страны. Атмосфера в лагерях временного проживания становится более напряженной: учащаются правонарушения, происходят голодовки, регистрируются попытки самоубийства, возрастает число людей, склонных к репатриации.

В этих условиях во избежание еще более взрывоопасной обстановки в местах большого скопления беженцев австрийские власти пошли на решительный шаг. С 15 января 1957 года Австрия плотно закрыла границу, прекратив прием желающих прорваться в страну. К этому времени и с венгерской стороны начали восстанавливать технические преграды, затруднившие отток беженцев. Подступы к границе были заминированы. С этих пор поток миграции в западном направлении резко ослабевает: если в ноябре венгерско-австрийскую границу пересекло до 100 тыс. человек, в декабре – около 40 тыс., то в январе, по некоторым данным, – 18 тыс., в феврале – всего 3 тыс. человек. Та же динамика сохранялась и позже, к июню цифра опустилась до 50 человек в месяц, что соответствовало «нормам», существовавшим до октябрьских событий.
*



Судьбы венгерских беженцев на Западе после отъезда их из Австрии и Югославии складывались по-разному, процесс адаптации к новой среде, интеграции в общества принимающих стран был зачастую болезненным. Не все могли найти работу по специальности, были случаи, когда врачи становились шоферами, университетские преподаватели – гардеробщиками. Но многие люди, напротив, смогли найти себя в «новой жизни» – недавние рабочие преуспевали в бизнесе, становились журналистами эмигрантских СМИ и т.д. Таким образом, изучение судеб тысяч мигрантов дает многочисленные примеры как восходящей, так и нисходящей социальной мобильности.




Особую категорию беженцев (точнее, невозвращенцев) составили венгерские спортсмены, не вернувшиеся на родину с Мельбурнской летней олимпиады, состоявшейся в ноябре-декабре 1956 года в Австралии. Выступление венгерских олимпийцев, занявших 3-е место в неофициальном командном зачете после СССР и США, стало не просто триумфом, дополнившим некоторыми новыми штрихами сложившийся в западном общественном мнении положительный образ страны, борющейся за суверенитет. Оно стало своего рода компенсацией ущемленного национального достоинства.
*



Специально для беженцев волны 1956 года начинает издаваться газета Magyar Szemle («Венгерское обозрение»). Уже в конце 1950-х годов организуется ряд туристических поездок в Венгрию делегаций, составленных из эмигрантов (как правило, людей, нашедших себя на Западе и в силу этого достаточно влиятельных в эмигрантской среде и при этом лояльных кадаровскому коммунистическому режиму). Расчет делался на то, что многие из тех, кто не хочет вернуться насовсем, все же надеются поддерживать связи с родиной. Приезды этих делегаций обставлялись показухой, кадаровские власти вкладывали средства в свой пропагандистский проект, полагая, что, вернувшись в страны пребывания, хотя бы некоторые из приглашенных своими рассказами развеют опасения своих менее удачливых соотечественников, опасающихся возвращаться на родину.

[Кадаровский] режим уделял столь большое внимание программе репатриации, ее пропагандистскому обеспечению. Дьердь Ацел, в 1960-е годы постепенно выдвигавшийся на роль главного идеолога ВСРП, в своих публичных заявлениях неоднократно подчеркивал нежелание венгерского правительства ограничивать свободу въезда в страну тех, кто бежал за границу в 1956-1957 годах.
*



Кадаровский режим, призывая беженцев к возвращению, пытался компенсировать потери рабочей силы, утрату части интеллектуального потенциала общества, серьезный демографический ущерб, вызванный массовым исходом населения. Венгрия в любом случае осталась в проигрыше, выиграла же соседняя Австрия, хорошо наладившая прием и обеспечение десятков тысяч мигрантов.




Венгерско-австрийские отношения в 1960-1970-е годы не просто нормализуются, а становятся довольно тесными, вплоть до разрешения безвизовых поездок. Коммунист-прагматик Я. Кадар, приступивший к либерализации своего режима и предпринявший ряд экономических реформ, довольно легко нашел общий язык с другим прагматичным политиком, заботящимся прежде всего о материальном благосостоянии своих подданных, – австрийским социал-демократом Б. Крайским. С канцлером капиталистического государства его связывали даже несколько более доверительные и неформальные отношения, нежели с первыми секретарями компартий социалистических государств.
*



Полностью здесь http://kurier.hu/node/3092
Фото http://www.nlcafe.hu/foto/20150609/magyar-menekult/

И вот еще, чтоб не потерялось: «58-я. Неизъятое. Истории людей, которые пережили то, чего мы больше всего боимся»


Tags: Венгерские_истории, Прочитано, ХХ_век
Subscribe

  • Поцелуй

    Готовлю лекцию про Эстерхази. Петер Эстерхази Поцелуй Теперь уже трудно сказать, как друг с другом соотносились и какие тогда занимали…

  • Точки собирания жизни. Русские посетители будапештских кафе

    Ольга Балла-Гертман написала рецензию на наш «Сладкий Будапешт». Теперь осталось дождаться того дня, когда мы встретимся, придём…

  • (no subject)

    Прохожие с улицы смотрят экспериментальную трансляцию телевидения. keri daniel a kiserleti televizio adasat nezik a jarokelok…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments