anna_bpguide (anna_bpguide) wrote,
anna_bpguide
anna_bpguide

Categories:

Цитирую Татьяну Мэй



Чем дальше, тем более склонна к реакции «и ты прав». Потому что жизнь короткая такая. Однако все еще завожусь, когда дорогие петербуржцы норовят повозить мордой об ампирные колонны неосторожных визитантов с их пончиками. Люди! Человеки! Никакие выражения, не совпадающие с вашим чувством прекрасного и/или речевой нормы, не стоят того, чтобы обижать ближнего. Особенно это касается известной парочки Питер и Петербург.

Кроме того. Здесь повторюсь.


«Питер» – вовсе не снижение нормы, это нормальное для языка усечение. Не свойственны для разговорной речи длинные конструкции.
Фетиш из «Петербурга» сделали уже во времена советские. В дореволюционные никто особо по этому поводу не страдал. Тем более что скорбь излишня. «Петербург» не мимикрировал в «Петруху» или «ПетькА», это просто часть названия. Речевой стандарт в этом случае не деградирует, он эволюционирует, только и всего. Для желающих сообщить о немытых пролетариях, матросне, лимите и прочих осквернителях небольшая подборка. Простите кому в душу наплюю.


Великий князь Николай Михайлович Николаю II: «Пишу Тебе несколько слов, чтобы сообщить о здешнем житье-бытье и о моих дальнейших планах до возвращения в Питер».
Львов Державину: «Через 10 или 12 дней еду я в Питер наверное».
Долгоруков: «Это было первое мое свидание с его высочеством после моего приезда в Питер».
Ахматова: «Здравствуй, Питер! Плохо, старый, и не радует апрель...»
«Аликс уехала в Питер с О[льгой] и Т[атьяной] до часа». Николай II.
«Лева едет в Питер в субботу 9-го». Пришвин.
«Итак, ты надумала ехать в Питер. Благословляю, желаю моей дочке успеха и надеюсь на него». Короленко.
«Заехать в Леушинское подворье на Бассейную по приезде в Питер». Иоанн Кронштадтский.


На закуску. Игорь Дьяконов. Востоковед, историк, специалист по шумерскому языку, сравнительно–исторической грамматике афразийских языков, древним письменностям, истории Древнего Востока, теоретической истории, теории социальной эволюции: «Два года как город был Ленинградом; но перемены названия были для него привычны: официально ― Санкт-Петербург, в интеллигентском обиходе ― Петербург, со времен войны ― Петроград, теперь ― Ленинград, ― по-настоящему он, пожалуй, был Питер; так и в это время он продолжал чаще всего называться».

Ну и Чехов. Провинциал, конечно, но все же великий писатель, чувствовавший русский язык как никто:
«Все мое питерское житье состояло из сплошных приятностей, и немудрено, что я видел все в розовом цвете… Даже Петропавловка мне понравилась».
«В Питере меня так приняли, что потом месяца два кружилась голова от хвалебного чада. Квартира у меня была там великолепная, пара лошадей, отменный стол, даровые билеты во все театры. Я в жизнь свою никогда не жил так сладко, как в Питере. Расхвалив меня, угостив, как только было возможно, мне дали еще денег рублей 300 и отправили обратно в 1 классе».
«В Питере я становлюсь модным, как Нана. В то время, когда серьезного Короленко едва знают редакторы, мою дребедень читает весь Питер. Даже сенатор Голубев читает… Для меня это лестно, но мое литературное чувство оскорблено… Мне делается неловко за публику, которая ухаживает за литературными болонками только потому, что не умеет замечать слонов, и я глубоко верую, что меня ни одна собака знать не будет, когда я стану работать серьезно».

С приветом, ваша матросня.

Татьяна Мэй
Фото
Tags: Прочитано, Тексты_о_городах
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments