герань на окне

anna_bpguide


По Будапешту маленькой компанией


Previous Entry Share Next Entry
«Мне хочется увидеть мрак Будапешта!..
герань на окне
anna_bpguide


…Скажите, куда идти в первую очередь? Наводки хочу. Есть ли районы подобные Одесской Молдаванке? Есть ли нечто похожее на дворики Львова? Мне претит парадность, душа хочет простого и пошарпанного временем, людьми и войной». (trust_every_1)

Мрак встречает путешественника сразу –


во всяком случае, тех, кто приезжает поездом, на вокзал Келети.

Прямо перед фасадом – огромная стройплощадка, попросту яму, на дне которой неторопливо копошится техника. Идет строительство четвертой линии метро. Сорок лет уже идет. Когда-то приличный, судя по фасадам, район превращен в место обитания тех, кому некуда пойти. Те, кому дорого заплатить даже за место на рынке, торгуют с ящиков овощами. Те, для кого как раз такие места – пространство для деятельности, на глаза днем не попадаются, но явно присутствуют. Хозяева, державшие магазины в первых этажах знаний, в лучшем случае перевели бизнес в другое место, в худшем – разорились.



Келети с бесконечным метростроем – травма. Открытый перелом: ну да, станцию-то копают открытым способом. Авось заживет постепенно, когда метро, наконец, будет построено. А в Буде, если забраться подальше, можно найти меланхолически-очаровательные примеры медленного дряхления, не умирания, нет, но того разрушения, которое придает общеизвестную прелесть тонущей Венеции. При взгляде из Пешта, с другого берега, холмы Буды, те, что позади Крепости, выглядят необитаемыми. Зеленый бархат, причесанный европейский лес.

Между тем как раз там, под покровом зелени, прячутся самые дорогие дома, и среди них – самые старые. Те, что «всё в прошлом». Там есть виллы и особняки довоенной постройки. Старые сады разрослись так, что оградой (металлической, кованной, стиль сецессион) уже ничего не разглядишь. Плющ и прочий терновник охраняют лучше кусачей собаки. Табличка «Kutya harap» давно проржавели, и не одна кутя умерла уже здесь от старости.

Синяя ель или две-три сосны за эти годы вымахали так, что дом начинает казаться грибом, притулившимся у их стволов; тень от них густая и вечная, без паузы на зиму, и дом с каменными, стертыми посередине ступенями крыльца, кажется, уже давно не видел солнечного света.



Идущий по району, называемому Hűvösvölgy, «Прохладная долина», трамвай №61 проезжает мимо здания, от которого как будто веет холодом. Два этажа, очевидно, по индивидуальному проекту придуманный фасад, стилистические черты все того же сецессиона, но не столько в декоре, которого мало, сколько в очертания окон, в пропорциях флигелей и крыши, в силуэте ворот. Оно заброшено. Стекла в окнах целы, и дверь заперта, но видно, что жизни внутри нет.

Дом пуст и заброшен, но пуст и заброшен не так, как это бывает с жилыми домами. Ни на школу, впрочем, ни на контору не похож; он смущает и едва ли не пугает… Впрочем, в те края мало кто из небудапештцев попадет в одиночку, а значит, всегда найдется тот, кто объяснит: это лечебница для душевнобольных, закрывшаяся и покинутая обитателями несколько лет назад.



Считается, что венгры – пессимисты, и о «плохом» районе вам расскажут не с меньшей убедительностью, чем о респектабельном Бельвароше или Буде. Плохой – это Восьмой, Józsefváros, Йожефварош. Речь идет не об окраинах, конечно. Йожефварош – это тоже настоящий, времен Австро-Венгрии, Пешт, с великолепными доходными домами, построенными в ту самую золотую эпоху, когда строились Опера, Парламент, Рыбацкий бастион, Базилика св. Иштвана, проспект Андраши и первая линия метро.

Когда-то его центром было торжественное и пышное здание Национального театра, а вокруг сложилась богемно-разгульная среда с кабаками, борделями и прочими радостями – и это при том, что застроен район был такими же солидными пятиэтажными доходными домами, как и современные ему кварталы Парижа. Сейчас здания постарели, театра полвека как нет, население не один раз сменилось, но репутация осталась. Дома выглядят как пушкинская Пиковая дама – былое величие и нынешняя неухоженность.



Театр снесли в начале 1960-х и тоже в связи со строительством метро. Это единственная заметная градостроительная ошибка Будапешта. Так выглядят бывшие Соборные, а потом им. Ленина площади в русских провинциальных городах: можно ничего не знать о прошлом города, но понимаешь сразу – это пустая дыра на месте того, что было, ямка от вырванного зуба… Удалив театр, градоначальники, однако, не только не ликвидировали память о нем, но – увековечили. Стелой весьма банального вида, с театральными масками, в сквере. Названием площади – в честь знаменитой актрисы Луизы Блахи. Названием отходящей от площади улицы – Népszínház utca, улица Народного театра.



Сейчас главная проблема Йожефвароша – не кабаки, которые такие же, как везде, мирные и тихие, не проститутки, которые, говорят, еще не так давно караулили кавалеров на каждом углу, да и сейчас долго искать себя не заставят, и даже не катастрофическая необходимость капитального ремонта каждого второго здания, а репутация. Район безопасный. Архитектура – высший класс. Качество изначального строительства – более чем достойное…

Но: «Где вы гуляли? В Йожефвароше?» – и брови удивленно поднимаются вверх. Из-за этой застарелой репутации «плохого места» в Восьмом районе не селится приличная публика, а значит, не поднимается цена на недвижимость, а значит, покупает ее только народ попроще, а значит, денег на ремонт этих дворцов с атлантами и мозаиками над окнами – нет.



Самая привлекательная будапештская смесь мрака и очарования, запустения и живой жизни – в Эржбетвароше, конечно. Что ни дом – то великолепный образец того победно-буржуазного стиля, который принято было ругать в советское время. Потому и ругали, что своего не было, видимо… Эклектика, «искусство умного выбора», когда на одной улице соседствуют дома в неоренессансном, необарочном, неорококошном и неоготическом стиле, и прекрасно, надо сказать, соседствуют.



Весь этот очаровательный центр города, от Дуная до Варошлигета, был выстроен к началу Первой мировой войны. На взлете, на энтузиазме, на больших и внезапных (откуда только взялись?) деньгах. А потом был 1914 год, и хуже – 1920-й. Страшное слово «Трианон», кажется, только венгры готовы расшифровать как «Трижды нет!». По Трианонскому договору Венгрия потеряла две трети территории.

Вот и всё: глядя на облупленные фасады, достаточно вспомнить, что столицу строила для себя страна, бывшая в три раза больше нынешней. И что события, последовавшие за Трианоном, и определившие судьбу Будапешта в ХХ веке – во всяком случае, не случайны и по-своему логичны.



В Эржбетвароше нужно нырнуть в район, ограниченный Большим и Малым кёрютами, в окрестности Dob утцы. Это Zsidónegyed, Еврейский квартал, удивительным образом отличающийся сразу и большей заброшенностью, и большей жизненностью. Сейчас, зимой, в нем вообще ничего толком не разглядеть, кроме Большой синагоги.

Хотя если погулять сначала по буржуазному блестящему Бельварошу, а сюда свернуть потом, становится видно, насколько здешняя архитектура смелее, индивидуальнее, неожиданней, даром что тех же времен. Домовладельцы Бельвароша, похоже, желали строить «как у людей, только богаче». А те, кто заказывал архитекторам дома на улицах Dob, Wesselenyi, Dohany, Nagydiófa, хотели нового, современного, смелого и – чтобы ни у кого ничего похожего.



Чтобы все это разглядеть, нужно ходить задрав голову, смотреть на верхние этажи. Если глядеть просто по сторонам, на уровне обычного взгляда – ничего особенного. Крохотные магазинчики, парикмахерские, мастерские по ремонту пылесосов и холодильников, булочные – всё с едва ли не самодельными вывесками, с обшарпанными фасадами, с воротами, изгвазданными граффити. Ворота откроются весной. За ними обнаружатся дворы, отданные молодежи.

Стойка с пивом, десяток столов. Над головой, по стенам и вокруг – всё, что угодно, всё, что придумается: росписи, плакаты, флаги, фонарики. Может звучать музыка, но негромко, и не бумц-бумц. Народу полно, и над двором висит непрестанное жужжание множества голосов. Не курят. Приезжают на велосипедах. Разговаривают на венгерском, слышно английский, а то и русский. Лица хорошие, студенческие. И – весело, уютно, безопасно, тепло.

За углом может обнаружиться ежевоскресная ярмарка всяческого художества Gozsdu-udvar, или магазин английской книги с булгаковским названием Massolit (именно так), кошерная пиццерия, лавка старых вещей, молодежный ночной клуб.


Я не знаю пока, что еще там за углом может обнаружиться. Ждать можно чего угодно.


Увидеть своими глазами: http://gidvbudapeste.hu/


Все фотографии
http://kendermag.blogspot.hu/
...

  • 1
Спасибо!
Замечательно! Прочитала не отрываясь, и еще раз буду читать, медленно и разглядывая фото.
Анна, вы позволите ваш пост продублировать на Литературе Странствий?
http://lib-tour.ru/

Публикуем так же, как на Книгозавре - со ссылками и указанием автора в заголовке материала.


Спасибо
Да, конечно )

Я тщетно перерыла весь интернет, пытаясь найти что-то про лечебницу - я это здание внутри себя назвала "домом с привидениями". Но его же нет на фотографиях, правда? Или только снимок окон?
Мне рассказали те, кто живёт по соседству, что здание было построено в 19-м веке. Целю было запереть там душевнобольных аристократов династии Габсбургов, из-за многовековых родственных браков в династии было много случаев вырождения. Поэтому здание - настоящий дворец. После раха Империи оно перешло к расположенной неподалёку больнице и там проводили бальнеологические процедуры. А потом его просто забросили. Попытались у правительства его выкупить сайентологи через подставных лиц, но, когда выяснили, кто реальный покупатель, было решено от продажи воздержаться. Так и стоит здание-красавец... Грустное такое и очень красивое.
Я просто через три дома от него прожила две недели и, конечно же, не могла не обратить на него внимания.

Вот спасибо! Ценная информация. Нет, на этих фото нет. Мы бродили в тех краях осенью, и, кажется, в тот раз без фотоаппарата. Дом, сад - готовая декорация для фильма (если мы про одно и то же здание, конечно). Но, наверное, да - тот дом, печальный и заброшенный...

Когда я доберусь до компьютера (я сейчас на айпаде), то поставлю сюда фотографию. Не самый удачный снимок, но всё же лучше, чем ничего.

А в Еврейском квартале мы жили полтора года назад, и, конечно, облазили его вдоль и поперёк. Присоединяюсь к Вашим словам о нём!

Уххххх какая изнанка бытия!!

Фраза про Йожефварош с русского сайта:
Квартал дворцов, расположенный в самом бедном и неблагополучном районе Будапешта, становится все более привлекательным и для жителей города, и для иностранных инвесторов

Квартал дворцов – в самом бедном и неблагополучном районе

вот так )))

о! Должно быть, богатых влекут бездны! 8-)

не пойму, чей текст, на твой не похоже...

почему не похоже? мой )

Когда я наконец приеду, я обязательно хочу увидеть именно это, спасибо. :) я чего-то подобного от этого города и жду, не только парадного лоска. И заранее люблю, хоть это и странно звучит.

с праздником вас)

Ох, а я люблю nyolcker, я его тоже опасалась пока не переехала, а Nepszinhaz utca стала совсем родной. Люблю его за общарпанность, за цыган, за непосредственность, за дешевизну жилья. Если покупать квартиру в Будапеште то там. Да и Восьмой район внутри бульварного кольца совершенно другой недели снаружи. Снаружи и баров то нет, только круглосуточные кочмы, где мы проводили время после клубов, когда не хотелось идти домой.

Вот! Голос знающего человека!
А картинку я прямо сюда, хорошо?

Огромное спасибо за ценные сведения!

спрашивайте, если что ...
:-)

В пошарпанности есть своя прелесть, хотя мне кажется странным, когда к нам в Питер приезжают из Москвы и ходят только по вторым-третьим дворам с восторгом фотографируя мусорные бачки и облезлые стены. Мне думается, что в городе еще столько такого, что люди не видели, а они лезут на черные лестницы. С изнанки, конечно, видна незалакированная история, но она не всюду есть.

Когда фотографируешь "красивое" - просто запечатлеваешь красивое, кем-то таким красивым сделанное.
Когда фотографируешь "некрасивое" - создаешь красивую фотографию, вылавливаешь (сам!) красоту линий, ритма, цвета, тона....

Примерно так.

Это не каждый может. Думаю, у авторов бывает другой посыл, показать нетуристическую сторону, то, что не все видят, и на этом выделиться. Это, чаще взгляд приезжего-первооткрывателя. Ему хочется увидеть то, что от него прячут. А местный итак все это видит, тут как раз появляется желание показать, что красивой может быть и изнанка. Если не красивой, так интересной


  • 1
?

Log in

No account? Create an account