anna_bpguide (anna_bpguide) wrote,
anna_bpguide
anna_bpguide

Categories:

Дервиш-полиглот

яKovacs-vambery

Этот человек мог бы быть не менее знаменит, чем Афанасий Никитин или Тур Хейердал.
Его путешествия были не менее рискованными, а написанная им книга – не менее увлекательна. Он родился на территории Австрийской империи в 1832 году, а умер, когда двойная Австро-Венгерская империя доживала последний счастливый год, в 1913-м.





Звали его Арминий Вамбери, Ármin Vámbéry, если по-венгерски, или Герман Бамбергер, если по-немецки. Бедный, хромой с детства, сирота – отец умер до его появления на свет. В остальном – типичный умненький еврейский мальчик, каких много знала Дунайская империя, разве что с не совсем типичным увлечением: его влекла культура другой империи, Османской.

Двадцатипятилетним юношей он отправился в Стамбул эту культуру изучать, причем на жизнь там зарабатывал преподаванием французского языка в домах турецкой знати, а занимался тем, что готовил к изданию (и издал в 26 лет) турко-немецкий словарь. Из Стамбула вернулся в Будапешт, кажется, только для того, чтобы, получив деньги от академии наук, снова устремиться на Восток.



Только теперь дальше – в Среднюю Азию. И тайно. В костюме дервиша, под именем Решид Эфенди. Сначала в Турцию, оттуда в Тегеран. В Тегеране встретил паломников, возвращавшихся из Мекки. Вместе с ними – в Иран, а затем в Хивинское и в Бухарское ханства.

Там европейцев не жаловали. А уж европейцев, выдающих себя за азиатов – тем более.
Несколько раз чуть не разоблачили, но его спасало знание всех сторон жизни Востока – от вопросов религии до школ арабской каллиграфии.

Откуда, кстати, знания? Путешествовал он в 1861-64 годах, отправился в 29 лет, вернулся в 32. Конечно, еще в Европе перечитал все, что было написано про мусульманский мир на европейских языках. В Стамбуле, надо полагать, также изучение жизни знакомством с турецкой знатью не ограничивал. Но всё же начитанность – это одно, а способность раствориться на рынке Хивы, где все всех знают, где по повадкам вмиг отличают пришельцев с юга от пришельцев с севера, где надо говорить так,
как все, жестикулировать так, как все, дышать, так как все – это совсем другое.

Случались ситуации, когда он был на волоске от провала. Впрочем, иной раз сама ситуация выглядит невероятно: будь она сценой из фильма, на сценариста посмотрели бы косо. Однажды в Герате во дворце местного сановника Якуб-хана Вамбери услышал, к своему удивлению, венский вальс в исполнении ханского оркестра. Заслушался – и непроизвольно начал отбивать такт ногой. Тут же был притянут к ответу, ведь на Востоке это не принято. Еле отговорился, убедив Якуб-хана в своем истинном и неподдельном мусульманстве.



А вот как описывает специфику «экстремального туризма» второй половины XIX века сам Вамбери. «Зная, например, за собой привычку размахивать руками при разговоре, что на Востоке не дозволяется, я, из боязни выдать себя, прибег к насильственным мерам, т.е. подвязал себе руку, сказав всем, что она у меня болит, – и рука скоро отвыкла от непроизвольных движений.
Я остерегался есть что-нибудь лишнее на ночь, боясь, что обременённый желудок нагонит тяжёлые сны, и что я во сне заговорю, пожалуй, на каком-нибудь европейском языке... мне приходили только на ум слова одного из моих спутников, который однажды утром пренаивно заметил мне, что я храплю совсем не так, как храпят жители Туркестана, на что ему кто-то поучительно заметил: «Да, так храпят в Константинополе!».

Приходилось контролировать себя день и ночь: свою речь, свои движения, свой храп. Четыре раза Вамбери переходил из иудаизма в ислам и обратно. В странствиях он всегда вел дневник, что было вообще-то смертельно опасно. Писал на клочках бумаги, которые прятал в лохмотьях.

Впрочем, вряд ли кто-нибудь в Азии смог понять его записи, да в Европе таких знатоков можно было по пальцам пересчитать: он писал арабскими буквами, но на венгерском языке.
Все ради науки.




Но этнографом он был постольку, поскольку того требовала ситуация. Увлечен же, и серьезно – лингвистикой. Что неудивительно: родиться евреем в венгерской провинции, где язык администрации и науки – немецкий… Тут поневоле станешь полиглотом. У Вамбери своя теория происхождения венгерского языка, не имеющего родственников в Европе. Он выводил его от языков тюркской группы, доказывая именно тюркское, а не финно-угорское происхождение, и сам полагал, что преуспел в этом.
Современная лингвистика с Вамбери не согласна, но ценность его трудов никем не оспаривается.

Арминий Вамбери был бы хорош на страницах приключенческого романа. Борису Акунину должны нравиться такие персонажи: самостоятельные единицы, движимые не корыстью и даже не служением идее, а чистым и неуемным любопытством. В роман он и вправду попал – в «Дракулу» Брэма Стокера.




Когда герои, столкнувшись с чередой невероятных событий, «немыслимых в Лондоне в девятнадцатом веке», убеждаются, что все они – дело рук вампира, то приходят к выводу, чтьо единственный способ остановить зло – найти жилище вампира и лишить его возможности покидать свой гроб.

Тогда профессор Ван Хельсинг обращается за консультацией именно к Арминию Вамбери: «Я просил своего друга Арминиуса, профессора Будапештского университета, дать о нем сведения; он навел справки по всем имеющимся в его распоряжении источникам и сообщил мне о том, кем он был. По-видимому, наш вампир был тем самым воеводой Дракулой, который прославил свое имя в войне с турками из-за великой реки на границе с Турцией».





Вот! Чтобы поставить знак равенства между фантастическим исчадием ада и реальным, хотя тоже далеко не добродетельным, трансильванским воеводой, Стокер ссылается на авторитет Вамбери, знатока истории и этнографии, с которым был знаком лично.

Будет ли преувеличением сказать, что вся последующая репутация Влада Цепеша, вся его кинематографическая слава и окончательное отождествление с бессмертным вампиром, и «Носферату – призрак ночи», и «Бал вампиров», и «Бэтмен против Дракулы» – последствия этой ученой консультации?

Из путешествия на Восток Вамбери вернулся в сопровождении ученика. Молодой мулла из Хивы по имени Исхак последовал за Вамбери в Венгрию в качестве друга и слуги. Или – зеркального отражения: человек Востока отправляется познавать Запад, встретив человека Запада, приехавшего познавать Восток. Единственный плюс: ему не надо было скрываться, и разоблачение не грозило смертью. Он выучил венгерский, в Будапеште стал учителем восточных языков и библиотекарем Академии наук. Его родным языком был узбекский, при этом он прекрасно знал средневековый среднеазиатско-тюркский литературный, так называемый чагатайский язык.

Можно представить, каким сокровищем оказался Исхак для тогдашних лингвистов. «Это как если б один из гребцов с корабля Одиссея пришел в Голландскую морскую академию проводить мастер-класс по вязанию морских узлов», по словам одного исследователя.





На одной из фотографий Арминий Вамбери изображен сидящим на ковре, босиком, в чалме и халате дервиша. И если б речь шла о персонаже авантюрного романа, то легко представить себе такой, например, поворот сюжета. Бедный дервиш, благодаря редкому уму и находчивости – этакий Ходжа Насреддин – оказывается при дворе восточного владыки, и тот демонстрирует его европейскому послу как диковинку или, напротив, как типичного представителя… Посол просит разрешения сфотографировать его для газеты, а дервиш молит всех богов, чтобы тот не вспомнил, как они встречались на заседании научного общества.

Но нет – фотография была сделана в Лондоне, в студии, куда Вамбери специально принес наряд дервиша, а после фотосессии, переодевшись, отправился на прием к лорду Пальмерстону. Ведь он, кроме всего прочего, был еще, похоже, разведчиком. Или шпионом? По известной отечественной традиции придется назвать его шпионом, поскольку действовал он против России.

Он был связан с британской разведкой, и одна из сторон его работы состояла с том, чтобы поставлять в Лондон разведданные, необходимые, чтобы обеспечить присутствие в Азии Великобритании, а присутствие там России, напротив, свести к минимуму. В Лондоне его ценили. В мае 1889 года он даже был официально представлен королеве Виктории как «верный и преданный друг».





Он прожил долгую жизнь, сорок лет возглавлял кафедру восточных языков в Будапештском университете. Совершенное им путешествие еще долго оставалось случаем уникальным и во многом непревзойденным.
Нынешним туристам, наматывающим километры по земному шару под спасительным присмотром экскурсионных бюро, трудно представить, какая смелость и сила духа требовалась от человека, отправляющегося в такое путешествие полтора века назад.

Когда Арминий Вамбери собирался в путь, один страстный антрополог предложил поручить ему привести несколько азиатских черепов, чтобы сравнить их с мадьярскими, но Президент Венгерской Академии возразил ему на это: «Прежде всего пожелаем нашему сотруднику привести в цельности свой собственный череп; так он лучше всего исполнит наше поручение».

Колонка на сайте
GEO:



Арминий Вамбери. Путешествие по Средней Азии http://lib.ru/HISTORY/WAMBERI/azia1867.txt
http://www.bahai.hu/wp-content/e-g-browne-bwns_5010-0.jpg
http://eszemiszom.postr.hu/
http://alfahir.hu/180_eve_szueletett_vambery_armin-20120318
http://en.wikipedia.org/wiki/File:Kovacs-vambery.jpg
http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Armin-vambery-in-dervish-dress.jpg
Tags: Австро-Венгрия, Венгерские_истории, Люди_империи, Публикации
Subscribe

Posts from This Journal “Люди_империи” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments