?

Log in

No account? Create an account
герань на окне

anna_bpguide


По Будапешту маленькой компанией


Entries by category: литература

[sticky post]Анна Чайковская, гид по Будапешту
герань на окне
anna_bpguide


Добрый день!
Меня зовут Анна Чайковская. Я живу в Будапеште, очень люблю этот город и вожу по нему экскурсии.



0_10c9fe_f1583877_XL

Мой сайт с информацией о Будапеште и экскурсиях


Read more...Collapse )


Слушаю Пушкина по-венгерски
герань на окне
anna_bpguide
z1936 HU via

«Евгения Онегина» слушаю, в переводе Лайоша Априли /Áprily Lajos (1953). Слушаю (и в книгу смотрю, конечно) и удивляюсь точности перевода.
Вот третья строфа первой главы, которая Служив отлично, благородно. Слушать с 1:28


zzz_20190715_173955_vHDR_On

Példásan szolgált apja régen,
Образцово служил его отец давно,
S adósságát növelve élt,

И свой долг увеличивая жил,
Adott három bált minden évben,
Давал три бала каждый год
S a végén tönkrement ezért.
И в конце разорился поэтому.
De sorsa Jevgenyijt kegyelte:
Но судьба Евгения хранила:
Először egy Madame nevelte,

Сначала его Madame воспитывала,
Majd egy Monsieur kezébe jut;
Затем в руки Monsieur попадает;
A kedves, bár pajkos fiut

Милого, хотя резвого мальчика
Szegény Monsieur l'Abbé nem ölte,

Бедный Monsieur l'Abbé не мучил,
A könnyű óra játszva telt,

Легкий урок играя шел,
Így oktatott és így nevelt,

Так учил и так воспитывал,
Kemény morállal nem gyötörte,
Строгой моралью не мучил,
Ha rossz volt, enyhén szidta le,
Если плох был, слегка ругал,
S a Nyári-kertbe járt vele.
И в Летний сад ходил с ним.

То есть практически буквальное попадание в каждой строчке. И при полностью выдержанной онегинской строфе. Несмотря на то, что синтаксис венгерского и русского различаются очень сильно. И даже на то, что ямб требует ударения на чётных слогах, а в венгерском ударение на первом.
Фантастика.

Поэзия путешествий
герань на окне
anna_bpguide
zzG_20180704_163122

Путешественники, гуляющие со мной по Будапешту маленькой компанией, непременно произносят следующие реплики:
Что ж мы так ненадолго приехали-то!..
Но откуда деньги? (об этом завтра – АЧ)
Кажется, в глубине души я тоже венгр…

Опубликовала сегодня в фейсбуке реплику про «тоже венгр». И тут же получила ответ от Alex Vinokur:

Трудно порой и себя разгадать,
Странные чувства лелеем –
Венгром, наверно, хотел бы я стать,
Если бы не был евреем.

Замкнутый мир, отстранённый язык,
Помыслы вряд ли раскинешь,
Да и не надо. Я к слову привык –
Мольнар и Мориц, и Ийеш.

Однообразно бы дни проводил,
Не размышляя о вечном,
Ни у кого ничего не просил.
Был бы счастливым, конечно.

Так бы и прожил я жизнь не свою
Тоже под солнцем и небом
В бывшем когда-то имперском краю,
В крае, в котором я не был.

2018


Вот так )))

Классик
герань на окне
anna_bpguide
Screen-Shot-2018-10-05-at-14.38.57

Имеется в виду Эдре Ади, самый любимый и самый знаменитый венгерский поэт.

Согласно городской легенде, как-то в начале ХХ века, гуляя с весёлой компанией по ночному Пешту, Ади обратил внимание на сфинкса (на Сфинкс; возможности грамматически указать на пол персонажа в венгерском языке нет, а бюст у оперной Сфинкс есть). Решил, что перед ним его возлюбленная, в стихах называемая Ледой.


Léda, elűzhetsz:
E vén, hű kutya-szemektől
Sohasem menekülhetsz.
Если прогонишь, Леда:
Как старые верные псы
Глаза поплетутся следом. (Пер.: Юрий Тарнопольский).

И начал к нему/ней, к Сфинксу, приставать:
A városi legendárium szerint Ady egy éjjel hevesen ostromolta az Operaház bejárata mellett strázsáló szfinxet (ostromol штурмовать, говорит словарь, осаждать; корень тот же, что и в выражении «Осада Буды», например).

Видимо, так:


Read more...Collapse )

Все, что нужно знать о венгерской литературе. 3.
герань на окне
anna_bpguide

Все, что нужно знать о венгерской литературе

39 венгерских поэтов и писателей XX века, с которых стоит начинать знакомство с одной из самых богатых и трудных для перевода европейских литератур

Автор Оксана Якименко

Миклош Месёй
«Смерть атлета»
Mészőly Miklos. «Az atléta halála» (1966)

Миклош Месёй (1921–2001) — центральная фигура венгерской литературы. Ему — безуспешно! — подражают, благодаря ему становятся писателями, он — мерило вкуса, ума и достоинства для любого, кто решает писать по-венгерски. «После Месёя литературный [венгерский] язык стал другим», — говорил о нем Петер Эстерхази.

На русском до сих пор выходили лишь его эссе и тексты о кино — главные романы писателя «Савл» (1968), «Фильм» (1976) и, конечно, «Смерть атлета» (1966) еще ждут своего русского читателя.

Завязка «Смерти атлета» может создать обманчивое впечатление, будто перед нами очередное жизнеописание «легенды спорта» или даже детектив: после странной смерти звездного бегуна Балинта Эзе спортивная газета просит Хильди, подругу покойного, рассказать о жизни чемпиона, но ее сбивчивый, порой закольцованный монолог погружает нас в непростые лабиринты человеческой памяти, выхватывающей из прошлого разрозненные события и пытающейся разобраться в причинно-следственных связях. Спортивная жизнь оказывается не просто отражением жизни обычной, но ее аллегорией, воплощением стремления всего живого к преодолению, к достижению наи­высшего результата, а бег — как у Хаусмана или Набокова — обретает экзи­стенциальную ценность.

***

Сколько раз я пыталась представить: что мог чувствовать Балинт, когда убежал от меня и случайно наткнулся на тот стадион? В Тардоше он с такой силой впилился в каменную стенку трибуны, что, по собственному признанию, чуть ли не сознание потерял, ударившись головой. Слишком поздно заметил, что дорожка кончилась, и не смог затормозить. Но старик Пепита нажал кнопку секундомера ровно в момент удара. Потом подозвал к себе паренька, которого шатало из сто­роны в сторону. В лицо они уже друг друга знали, но сейчас произошло совсем иное знакомство. Они сразу перешли к делу, без церемоний.

— Прилично бежал, парень, — произнес старик и усадил Балинта рядом с собой. Подростка заинтересовал секундомер, хотелось любой ценой подержать его в руках.

— Как думаешь, сколько ты пробежал? — поинтересовался Пепита.

— А вы меряли? Правда, меряли?

— Ты пробежал восемьсот ярдов.

— Как это вы угадали?

— Не угадал, а знаю, — последовал ответ. — Не веришь, померяем.

Они вдвоем проверили дистанцию, оказалось почти ровно столько, сколько сказал старик. Балинт не пошел тогда обратно в бассейн и еще долго сидел у калитки с Пепитой. Тогда-то он и узнал, сколько точно метров в восьмиста ярдах и сколько метров в дорожке на стадионе. Старик Пепита придерживался старых, классических дистанций, которые на серьезных соревнованиях уже особенно никто и не бегал. И Балинт сразу почувствовал тягу к этим недолюбленным дистанциям.

Перевод О. Якименко

*Read more...Collapse )

Петер Эстерхази. «Исправленное издание»
герань на окне
anna_bpguide
gif

Дело было так.
В 2000 году венгерский писатель Петер Эстерхази выпустил в свет роман  «Небесная гармония» / Harmonia caelestis. Это книга обо всех Эстерхази – а история семьи уходит аж в XII век. Венгерская Википедия перечисляет 54 представителя семейства. Князья, графы. Фельдмаршалы, епископы, дипломаты… Дед писателя – премьер-министр. Но книга – не хроника семьи, а роман: художественный текст, а не документальный.  Первая часть – про Эстерхази легендарных, из истории; вторая – про отца писателя, Матяша Эстерхази.


Сам Петер Эстерхази к тому времени – автор двух десятков книг, классик (а что венгерскую литературу мало знают в мире – так это пусть будет стыдно миру). Harmonia caelestis принята была как шедевр и вершина (и совершенно справедливо; я цитировала тут, тут, тут и тут). Вот так, например: «В коложварском театре группа молодых (и не совсем молодых) энтузиастов за двадцать шесть часов, по ходу «меняя лошадей», прочла всю «Гармонию». То была не тусовка, а красивая и серьезная читка. И отец мой теперь на вершине, достигнув пика если не жизни, то, во всяком случае, собственного бытия. Теперь о нем думают, любят его очень многие. Приятное чувство». (П.Э. И.и., с.161).

И тогда же, вскоре после выхода книги, Петер Эстерхази обратился в госархив. Полюбопытствовать, нет ли в сейфах здешнего гэбэ каких материалов, касающихся его самого: литератор, католик, человек, известный на Западе, – наверняка службы им интересовались.

И получил на руки четыре папки. Четыре досье.
Read more...Collapse )

Карамзин. Сентиментальное путешествие
герань на окне
anna_bpguide


Всё началось с Карамзина. «Письма русского путешественника» — первый отечественный травелог, первое путешествие как факт не просто личной биографии частного человека, но сразу — национальной литературы.


Read more...Collapse )

Князь Тишины и штрудель
герань на окне
anna_bpguide



Всем известно (этими словами, как известно, можно начинать любой текст: сказать «всем известно, и дальше нести любую чушь; это индульгенция), да, всем известно, что венгерская поэзия в мире малоизвестна. И даже по поводу известной песни группы Наутилус Помпилиус не всем известно, что она – на слова венгерского поэта. Очень известного.



Как пишет Википедия, «В 1982 году Вячеслав Бутусов случайно приобрёл около остановки (около остановки – какая милая патриархальность, однако) двухтомный сборник Антологии венгерской поэзии, где и было напечатано стихотворение Эндре Ади в переводе Леонида Мартынова.
Песня была включена в первый студийный виниловый альбом, названный «Князь тишины», выпущенный «Мелодией». Является самой старой песней на альбоме.
На вопрос о любимой песне среди написанных им, Бутусов отметил «Князя тишины»: «Я вычислил для себя дежурный ответ на этот вопрос, и всегда отвечаю, что это песня „Князь тишины“. Она меня до сих пор не перестаёт удивлять. Когда я её „походя“ случайно откопал в антологии венгерской поэзии периода XVIIIXIX века, даже не предполагал, что у неё такой глубокий смысл».

Read more...Collapse )