Category: транспорт

герань на окне

Анна Чайковская, гид по Будапешту



Добрый день!
Меня зовут Анна Чайковская. Я живу в Будапеште, очень люблю этот город и вожу по нему экскурсии.



0_10c9fe_f1583877_XL

Мой сайт с информацией о Будапеште и экскурсиях


Collapse )

#поБудапештумаленькойкомпанией
#будапешт,  #экскурсии,  #гидвбудапеште,  #гидпобудапешту,

герань на окне

Только секс (троллейбус), и ничего другого…

Untitled-1

Продолжаем смотреть венгерский фильм Csak szex és más semmi – Только секс, и ничего другого (2005), вспомнив о нём потому, что в троллейбусе обнаружилось приглашение для водителей устраиваться на работу: Csak troli és más semi Только троллейбус, и ничего другого.


Untitled-24

Итак, сцену у дверей адвокатской конторы наблюдал спаситель Доры. И понял, в какой она ситуации: не оскорблённая жертва, как думала она поначалу, а любовница-разлучница, временная интрижка женатого мужчины, и не светит ей ни-че-го.

Collapse )
герань на окне

Только секс (троллейбус), и ничего другого…

Untitled-18

Увидела в будапештском троллейбусе рекламу. Водителей на работу приглашают слоганом: Csak troli és más semi Только троллейбус, и ничего другого.
Так, погодите, это же намёк на фильм Csak szex és más semmi – Только секс, и ничего другого… 

Collapse )
герань на окне

Новогоднее развлечение для фотографов –

z_20190101_161402

– поймать в кадр сияющий будапештский рождественский трамвай, когда он, сияя, летит по набережной, над Дунаем, мимо Будайского замка, мимо Маленькой принцессы, к Парламенту, такому же сияющему...
Я вчера поймала!
герань на окне

Подземки: Лондон и Будапешт



Первая полноценная линия метро – в Лондоне, конечно. Но в Лондоне, надо помнить, – это подземная железная дорога, с паровозом.

Выглядело это так:
«Однажды, оказавшись около одной станции, я подумал: а не совершить ли мне поездку на подземной железной дороге? Я спускаюсь по двум или трем лестницам и оказываюсь внезапно брошенным из дневного света во мрак, среди слабых фонарей, людей и шума, поездов прибывающих и отбывающих в темноту. Меня толкают и пихают; люди выпрыгивают и люди вскакивают в вагоны; пока я выспрашиваю, где второй класс, поезд ушел. «Что это значит?» – говорю я служащему. «Не берите в голову, – отвечает он. – Вот другой». Поезда не следуют друг за другом, но преследуют один другого. Прибывает другой поезд, я вскакиваю, и мы уносимся подобно стреле. Затем начинается новое зрелище. Мы мчимся через неизвестность, среди основания города. Сначала мы похоронены в непроглядной темноте, затем мы видим на мгновение тусклый свет дня и снова погружаемся во мрак, прерываемый тут и там странными сполохами; затем в промежутке тысячи огней станции, которая появляется и немедленно исчезает; поезда проходят невидимыми; затем неожиданная остановка, тысячи лиц ожидающей толпы, освещенной словно отсветами пожара, и затем снова прочь посреди оглушительного шума хлопающих дверей, звенящих звонков и пыхтящей паровой машины; снова темнота, поезда и вспышки дневного света, снова освещенные станции, снова проносящиеся, приближающиеся и исчезающие толпы, пока мы, наконец, не достигаем конечной станции; я спрыгиваю; поезд исчезает, меня пропихивают через дверь, чуть не выносят на лестницу, и я оказываюсь на дневном свете. Но где? Что это за город?».
Из воспоминаний Эдмондо де Амициса «Памятные записки о Лондоне» (после 1883).





Р.Д. Бламенфельд записал в дневнике 23 июня 1887 года: «Сегодня у меня был первый опыт сошествия в Аид, и если действительность должна походить на это, я больше никогда не буду делать ничего скверного. Я вошел в подземную железную дорогу на Бейкер‑стрит, покинув дом Арчибальда Форбза. Я хотел съездить на Мургейт‑стрит в Сити. Было очень тепло – для Лондона, по крайней мере. Купе, в котором я сидел, было заполнено пассажирами, которые курили трубки по британской привычке, а поскольку дым и сера от машины заполняют туннель, все окна должны были быть закрыты. Атмосфера была смесью серы, угольной пыли и вонючего дыма от масляной лампы наверху; так что к тому времени, когда мы достигли Мургейт‑стрит, я был почти мертв от удушья и жары. Я полагаю, что эти подземные железные дороги должны вскоре быть прекращены, поскольку они являются угрозой здоровью. Несколько минут экономии не могут приниматься в расчет, поскольку хэнсомские кэбы и омнибусы, которых везут самые быстрые лошади, которых я где‑либо видел, делают эту работу лучше всего».
via


И немного будапештской подземки, 1896 года, – подземной линии электического трамвая. Без паровоза, без угольной пыли. Идущей от самого модного кафе Gerbeaud, мимо Оперы, в парк, к купальням…


Collapse )